1984 г.
фото из
домашнего
архива
Георгий
Чистяков

От Новорождествена до Талиц

В конце февраля 2017 года, совсем недавно, мы с сыном ездили в Лавру. По дороге заехали в Мураново и в расположенный неподалеку пещерный монастырь в Талицах. Теперь там прекрасная подземная церковь, восстановленные кельи, освещенные коридоры, источник. А ведь совсем недавно все было иначе…

Летом 1996 года я прочитал в вышедшей незадолго до того книге жуковского краеведа В.А. Шевченко о старинном селе Новорождествене, некогда стоявшем на берегу Москвы-реки и полностью снесенном после войны при строительстве аэродрома Летно-исследовательского института (ЛИИ). Когда я рассказал отцу о прочитанном, он очень оживился и сказал, что еще в 1970-е годы слышал о разрушенной церкви на месте аэродрома от прихожан Удельнинской церкви (где потом служил отец Виктор Шиповальников, один из старших друзей отца). Отец был уверен, что фундамент храма оказался под летным полем, но из книги Шевченко следовало, что это место сохранилось. Узнав об этом, мы решили его отыскать.

Отправившись на велосипедах на поиски Новорождествена, мы довольно долго блуждали по лугам, окружающим аэродром, осматривали окрестности «гидры» — так местные жители называют озеро, возникшее на месте старого карьера,  с высокого берега «гидры» любовались прекрасным видом на москворецкие заливные луга и радовались, разглядев вдали бронницкую колокольню. Возле «гидры» мы и набрели, наконец, на правильный путь: встретившийся нам старик, косивший траву, как оказалось, прекрасно помнил церковь и знал, где она находится. «А как же? Конечно, помню!» — очень эмоционально отреагировал он на мой робкий вопрос, помнит ли он новорождественскую церковь. Это казалось чем-то невероятным: ведь храм этот был разрушен в 1938 году. А он о тех временах говорил как о чем-то хорошо знакомом.

Поговорив со старожилом этих мест, мы двинулись вдоль берега Москвы-реки, любуясь купами деревьев и стараясь угадать очертания разрушенного села. Вечерело. Думалось, что мы почти добрались. Вскоре, остановившись у самого берега реки, мы увидели впереди небольшой холм — и сразу стало понятно, что это и есть старое церковное место. «Смотри, это здесь», — сказал отец. И как-то очень легко было представить себе церковь, некогда стоящую на этом холме, над самой рекой.

Мы бродили по холму и поражались тому, что место это сохранилось: ведь все село оказалось на территории аэродрома ЛИИ. Угадывалось место, где стоял храм, а пройдя подальше, мы вышли на старое кладбище со старыми белокаменными надгробиями, то тут, то там видневшимися из густой травы. В тот июльский вечер новорождественский холм, заросший бушующей под ярким солнцем высокой травой, казался акрополем древнего античного города, навсегда ушедшего в небытие и существующего ныне лишь на страницах древних рукописей.

Недели две спустя я приехал в Софрино, на дачу к нашим родственникам, и рассказал о нашей поездке в Новорождествено моему кузену Кириллу. А он — в ответ — предложил отправиться на поиски пещерного монастыря в селе Талицах, стоящих на старой Ярославской дороге. Монастырь этот описан И.С. Шмелевым в «Богомолье» – паломники, шедшие в Лавру, всегда заходили в него и молились в пещерах. Мы отправились в путь жарким летним днем и, добравшись до Талиц, первым делом стали стучаться в старинную усадьбу, стоящую посреди села — не подскажут ли нам, где пещеры? Вышедший нам навстречу приятный пожилой человек рассказал нам, что усадьбу сейчас реставрируют, а пещеры законсервированы и войти в них невозможно. Оказалось, что он писатель — очень приятно было получить в подарок только что вышедшую его книгу.

Хотя с тех пор прошло уже двадцать лет, события того дня вспоминаются очень живо: полуразрушенная часовня у дороги, спуск к Талице в поисках пещер, дорога домой и споры о том, где же именно были пещеры (потом оказалось, что все наши гипотезы были неверны и пещеры на самом деле были возле самой дороги, но нам и в голову не пришло искать там — казалось, что они должны быть где-то запрятаны). Потом мы не спеша пили чай на дачной террасе и рассказывали о наших похождениях моему дядюшке, а он, прекрасный знаток тех мест, обстоятельно расспрашивал, где же именно мы искали пещеры, и добродушно над нами посмеивался: как же так, гордитесь встречей с писателем, хвастаетесь подаренными им книгами, а автографа у него не попросили…

Вспомнив в Талицах наши поиски пещерного монастыря, очень живо вспомнилась мне и поездка с отцом в Новорождествено. После той — памятной — поездки, я как-то сказал ему: «Давай поедем в Новорождествено». Он в ответ улыбнулся: «Ну, ты еще предложи мне покататься на лодке по Малаховскому озеру» (дело в том, что озеро это, поражающее своими размерами каждого, кто взглянет на межевые планы Бронницкого уезда XVIII века, теперь лишь на них и существует — в конце XIX века оно пересохло).

Впрочем, сегодня поехать в Новорождествено можно: спустя несколько лет после нашей поездки отец Николай Струков из Жуковского раскопал фундамент храма и ныне там стоит небольшая деревянная церковь. Войдя в нее, можно увидеть целиком сохранившийся пол старой церкви. А рядом с ней, на церковном холме, — несколько домов, огороды, сады — целая деревенская улица. Мы с детьми заежали туда, дело было поздним вечером, но нам любезно открыли храм и показали небольшой музей, который там трогательно именуют «историко-археологической избушкой». Возвращаясь тогда домой, я подумал, что сбылось то, что казалось невероятным — возродилось Новорождествено, в миниатюре, но возродилось.

А теперь знаю,что и в талицких пещерах теперь можно побывать не только мысленно, благодаря рассказу Шмелева, но и вполне реально. Теперь пещеры раскопаны, восстановлены и производят колоссальное впечатление. Когда идешь по узким и темным сводчатым туннелям или заходишь в пещерную церковь, не верится, что это XIX век — кажется, что это глубокая древность, вспоминаются киевские пещеры, а то и римские катакомбы… 

 

Петр Чистяков

Москва, 5 марта 2017 года