1984 г.
фото из
домашнего
архива
Георгий
Чистяков

Сжечь Библию?

В советские годы достать Библию было невероятно сложно. Порой казалось, что сделать это почти что невозможно. Вспоминается, что архимандрит Таврион (Батозский) советовал своим прихожанам переписывать Евангелие от руки и дарить детям. Кому-то удавалось купить дореволюционное издание Библии у букинистов (разумеется, с рук – в букинистические магазины ее не принимали), кому-то посчастливилось раздобыть Библию или Евангелие, выпущенные Издательским отделом Патриархии (моя бабушка Ольга Николаевна сумела купить такое Евангелие в Ростове Великом – в Москве их в свободной продаже не было – и была несказанно рада). Иной раз Библию на свой страх и риск привозили из Европы – отец рассказывал, как отец Антоний Эленс из Медона однажды приехал в Москву с чемоданом, наполненным Евангелиями в переводе епископа Кассиана (Безобразова), а людей, у которых он должен был остановиться, не было дома – и он целый день ходил по Москве с этим чемоданом, ни на мгновение не выпуская его из рук. В те годы было категорически запрещено привозить в СССР Священное Писание. В «перестройку» этот запрет чуть смягчили: было разрешено ввозить в СССР «одну Библию и одно Евангелие» (помнится, была такая формулировка). «Ну, как ты понимаешь, я вез гораздо больше», – улыбаясь, сказал  мне отец, вернувшись летом 1988 года из Парижа. Я очень удивился: «Как же ты не боялся?» Он снова улыбнулся: «Ну, я на всякий случай обернул бумагой книги с крестами на обложках»… 

Эти Библии, добытые с колоссальным трудом, были настоящими сокровищами. А потом все изменилось, пал коммунистический режим, и Библия стала общедоступной. Причем, по-настоящему общедоступной, ибо ее, как только это стало возможно, начали раздавать миссионеры разных христианских Церквей, искренне желавшие вернуть россиянам то, что у них было безжалостно отобрано – Священное Писание. И сегодня во многих домах есть эти небольшие книжечки в синих или черных обложках, снабженные надписью «Бесплатно» или «Не для продажи». И думалось – как же это хорошо! И радостно было от того, что уже не нужно было раздобывать Библию с почти что детективными приключениями, пряча ее от пограничников на дне чемодана или покупая ее у прячущихся от милиции букинистов на Кузнецком Мосту или на Невском - на толкучке возле «Дома книги». Как хорошо! Так и должно быть. И казалось, что так будет всегда. 

Но что мы видим сегодня? Времена меняются, меняются стремительно, и вот мы видим, что во Владивостоке суд постановил уничтожить Библии, изъятые у миссионеров «Армии Спасения». Уничтожить… Это кажется невозможным. Это не укладывается в голове. Но это реальность. Суровая реальность сегодняшнего дня. Это печально известные «поправки Яровой» – мол, на книгах нет маркировки религиозной организации. Но какая маркировка может быть на Библии? Библия не бывает православной, католической или протестантской – это просто Библия. Она одна. Одна для всех христиан и вообще для всех людей. И эту Книгу приговорили к сожжению…

Это страшно. Это кажется преддверием чего-то по-настоящему жуткого. Этот прецедент сделает возможным варварское уничтожение священных текстов (защищенных, к слову, современным российским законодательством от признания их экстремистскими материалами). Вот когда чувства верующих, о которых сегодня так много говорят, должны не просто «оскорбиться» – они должны побудить людей броситься на защиту своей святыни! 

Сможем ли мы достойно ответить на этот вызов, брошенный одновременно и свободе совести, и вере христианской? Не промолчим ли? 

 

Петр Чистяков

Москва, 27 декабря 2016 года