1984 г.
фото из
домашнего
архива
Георгий
Чистяков

Всенощное бдение перед Сретением

Иисус приходит в наш мир именно как свет. Ведь не случайно у многих народов этот день Сретения Господня принято встречать во время богослужения со свечами в руках. Вот как мы во время Пасхальной Заутрени стоим с зажженными свечами в руках, так во многих странах во время богослужения в день Сретения тоже зажигают повсюду свечи. В каждой руке в каждом храме горит свеча, потому что Христос пришел в наш мир именно как свет, для того чтобы осветить сердце каждого. На самом деле, наверное, в этом и заключается разница между человеком, который живет в измерении Бога… Одно дело, когда картины, какие-то другие изображения находятся в темной комнате, мы можем только на ощупь догадаться, что где стоит. Мы можем понять, что лежит книга, что лежат какие-то бумаги, что на стене висит картина, но мы не можем понять, что изображено на этой картине, ни что написано в этих книгах, в этих бумагах и т. д.

И вдруг загорается свет! И вот именно этим светом и стал для всего человечества Христос! Загорается свет, и все изменяется в свете Христовом, которым просвещают всех, как восклицаем мы во время богослужения Великим постом. В свете Христовом все открывается нашим очам. Нельзя сказать, что мир изменяется, что все остается, как в этой комнате, пока она была темной, были вещи, картины, книги. И когда она осветилась, все осталось таким же. Но при свете все «такое же» становится другим, все это обретает смысл, все это обретает значение. Опыт показывает, что даже среди тех мыслителей других народов, к которым не пришло христианство, народов ислама или Индии, Китая и т. д., если мы возьмем в руки книги больших мыслителей этих народов, то мы увидим там удивительные слова о Христе, удивительные слова о Евангелии, потому что такие мыслители прекрасно понимают то значение для всего мира, то значение для всего человечества, которое имеет пришествие Христово в мир.

И вот сегодня мы вспоминаем о том, как сорокадневного Младенца вносят в храм. На иконе мы видим, с одной стороны, старца Симеона, в лице которого встречают Иисуса все праведники и пророки Ветхого Завета, и пророчицу Анну, в лице которой встречают Младенца все праведные жены Ветхого Завета: и Рахиль, и Сарра, и Ревекка, и Дебора и многие другие – Ветхий Завет встречается с Новым, и точка этой встречи – Младенец Иисус Христос.

И очень важно пережить и понять, очень важно понять, что смысл первого Завета раскрывается во втором. И наоборот: глубина второго разъясняется первым. Как это ни парадоксально, они оказываются неразделимыми: нельзя оторвать одно Писание от другого. Христос становится тем центром, вокруг которого выстраивается все.

Сегодня в начале Всенощной, еще в полупустом храме, когда там началась у меня исповедь, я видел, как мало-помалу в храм заходили люди. И это естественно, потому что Всенощная начинается в шесть часов, когда еще многие работают, когда еще не успели доехать с работы. И вот мало-помалу храм заполнялся. И вот это, казалось бы, простое событие, когда вы, дорогие братья и сестры, возвращаясь с работы, приходите на Всенощную, оно мне показалось удивительно значимым философски. Как мы постепенно приходим ко Христу, как мы, каждый и каждая, спешим, но только один успевает в одно время, а другой позже. И через 10, и через 20, и через 30 не только минут, но и лет. Потому что, конечно, этот сегодняшний вечер – это только какая-то картинка, это только какой-то образ того, как приходят люди к Богу.

У моей учительницы, человека мне бесконечно дорогого и значительного в моей жизни (она учила меня греческому языку в университете, и потом под ее руководством делались разные переводы с греческого языка и т. д.), на днях скончался брат. Этому человеку было уже 83 года. Он, как и она, с Северного Кавказа, из мусульманской семьи. Только она уже, не знаю – лет 50 назад, утвердилась сознанием в Святых Тайнах, а он был не просвещен, не просвещен до самого последнего дня. Когда он уже умирал, то вдруг… что-то надо сделать, вот все откладывали это на потом. И очень долго этот человек, находясь в бессознательном состоянии, как-то не мог сказать – ни да, ни нет. У него спрашивает племянница: «Ты слышишь меня?» Он кивает головой или глазами. Она говорит: «Ты хочешь креститься?» Он ничего не отвечает. Наконец, за какие-то сутки он произнес одно только слово: «Да». Он не говорил: мне плохо или мне хорошо. Он не отвечал ни да, ни нет, он вообще ничего не говорил. Вот в жизни у него так получилось, что на вопрос племянницы, хочет ли он креститься, последним словом в его жизни было это отчетливое и громкое «да». Его удалось крестить, священник успел. И ночью он скончался.

Так вот, каждый по-разному успевает. Есть люди, которые так вот успевают прийти на исходе последнего часа. Так устроен мир. И в конце концов, все собираются вокруг нашего Господа. Мне очень хотелось – это, действительно, такая удивительная история – вам ее рассказать. Мне кажется, что в ней, как в капле, отразилось очень многое в жизни человеческой.

Сегодня праздник, когда в храме Божием, в самом святом месте вселенной, в месте пребывания Вездесущего – и это очень значимое событие, сколько на белом свете церквей, наверное, не тысячи, а миллионы – вот в этот момент каждая церковь становится подобием Иерусалимского храма, каким-то особенно священным местом пребывания Всевышнего, Вездесущего и Всемогущего Бога.

Христос в сердце. Мы восклицаем: «Христос посреде нас!» Вот и сейчас Христос посреди нас! Младенец, который пришел в этот мир для того, чтобы всех нас сделать одной семьей. Ветхий Завет встречается с Новым, и свет озаряет все. Свет озаряет всех, и никто не остается в темноте. Все освещается и все становится удивительно прекрасным в лучах этого света.

Вот что мне хотелось сказать вам, дорогие братья и сестры.