1984 г.
фото из
домашнего
архива
Георгий
Чистяков

Отвергнуться себя. Памяти Ольги Сергеевны Соловьевой.

(Мк, 8:34 – 9:1)

 

Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

«Есть некие из здесь стоящих, – говорит Господь, – которые не имеют вкусити смерти, как увидят Царствие Божие, пришедшее в силе».

И слова эти, которые Он, начиная с торжественного «Аминь, поистине глаголю вам» обращает, конечно, не только к своим апостолам, но и ко всем ученикам, а значит, и к нам с вами. Они  к нам имеют прямое отношение. И когда мы с вами, совершая Таинство Евхаристии, обращаемся к  Богу с молитвой, то мы благодарим Его за то, что Он уже даровал нам будущее Царство. Иными словами, и из Святого Евангелия, и из литургического предания ясно: Царство Божие уже даровано нам, оно уже существует здесь. Не случайно в другом месте Евангелия говорит нам Господь наш Иисус, в Евангелии от Луки: «Не придёт Царство Божие заметным образом, и не скажут: оно вот здесь или оно вот там». Царство Божие – энто симонести. Что значат эти слова?! Оно среди нас, оно между нами, оно уже здесь. Только оно не всегда заметно, оно не всегда видно. Святые и праведники, они уже в Царстве, святые и праведники для нас являются вестниками этого Царства, которое уже наступило и невидимо пребывает в мире. Святые и праведники, безгрешные дети и беспомощные старики – вот кто знает не по книгам, вот кто знает не из проповедей, а из собственной жизни, что это Царство уже наступило. Вот почему, кажется мне, что молитва маленьких детей и беспомощных, хрупких и уходящих, порой уже, старых совсем людей, – это как раз то, на чём держится мир, на чём держится наша жизнь. Вот почему мы, относясь, разумеется, бережно друг ко другу, ко всем без исключения, должны всё-таки особенно бережно относиться к самым маленьким и самым старшим, потому что им дано что-то такое, что не дано нам. Потому что им открыто что-то особенное. Они как раз и есть те, кто, не имея вкусити смерти, уже увидели Царство Божие, пришедшее в силе. Мы с вами иногда соприкасаемся с этим и не только на словах, а в реальности, в самой естественной ежедневной жизни.

Мне пришлось на днях принять последний вздох замечательного хрупкого, нежного, очень старого человека – Ольги Сергеевны Соловьевой. Наверное, дело даже не в том, что она была внучатой племянницей Владимира Сергеевича Соловьева. Наверное, даже дело не в том, что отец её тоже вошел в русскую историю как замечательный человек, что прадед её родной был великий историк, автор истории России с древнейших времен. Нет, наверное, не в этом даже дело. Вот только в том, что она была такая. И вот эти последние минуты её жизни, они как раз говорили о том, что Царство Божие  уже даровано нам, что оно уже среди нас. Оно такое хрупкое, такое уязвимое и, при этом, прекрасное, такое всепобеждающее.

Братья и сестры мои дорогие, мы должны понять с вами то, что Царство Божие – это не будущее  человечества. Нет, это то будущее, среди которого мы уже живем постоянно, не замечая, не видя этого, пропуская это перед глазами и распахивая взгляд Ему навстречу. Давайте поймём, давайте почувствуем. Но для того, чтобы это понять, нужно вспомнить о том, а  что нам говорит Господь вначале сегодняшнего Евангелия. Он говорит о том, что мы должны, нам необходимо отвергнуться себя, отказаться от себя, отбросить от себя какие-то мечты, стремления и идеи своего «я», свою самость, если хотите. Вот без этого ничего не получается. Без этого получается только одно предательство. Иногда очень дикое, иногда тоже очень незаметное, но предательство самого главного.

И вот, на самом деле, и малые дети, и беспомощные старики, они тоже умеют как бы отказаться от этого «я», отказаться от какой-то своей позиции, отказаться от своего места и жить по-настоящему просто.

Ведь вы знаете, пока человек живёт, к нему приходят гости, друзья, знакомые и т. д. Когда человек умирает, ну как бы всё обнаруживается, всё становится ясным. И когда, сначала в четверг, а потом в пятницу, когда мы хоронили Ольгу Сергеевну, то оказалось, что жительницы и жители её подъезда, все с ней дружили, все к ней приходили, менялись книжками и т. д. Во всяком случае, у неё все были друзья. Знаете, очень часто приходится слышать от людей, какие плохие соседи и т. д. У неё всё было наоборот, у неё все были прекрасные. И она всегда рассказывала о них с большим воодушевлением. И когда я спрашивал, что, наверное, есть проблемы, она говорила, что проблем никаких нет, потому что все всё купят, все всё принесут, сделают и т. д. И вы знаете, как оказалось вдруг, что эти люди, довольно культурные, были среди них и простые, но были, повторяю, и культурные, никто из них, оказывается, не подозревал, что это внучатая племянница Владимира Соловьёва, что это родная правнучка великого русского историка, что вообще она принадлежит к такой семье, каких в России единицы. Может быть, больше всего России дала соловьёвская семья, кто знает. Вот они, оказывается, об этом даже не подозревали, потому что она как-то так тихо, нежно, мирно жила. Они знали, что это очень культурный, очень милый, нежный человек, а почему там портрет Блока висит – ну, мало ли у кого висит портрет любимого поэта?! А это висел совсем не портрет любимого поэта, а портрет крестного, портрет ближайшего друга отца, портрет вообще близкого семье человека, понимаете. Вот они даже об этом не подозревали, потому что она жила, как все живут, неся людям огромный нежный свет, такой свет, который может нести только очень хрупкий, очень беспомощный человек. По-моему, лишь два или три всего раза добралась она до космодемьянского храма из своего Бескудникова, потому что для неё это было бесконечно трудно. Потому что она вот как уехала туда в середине 1970-х годов, так там и осела. Ужасно это трудно – добраться там до метро Петровско-Разумовской и далее. Конечно, она могла позвонить кому-то, попросить её привезти на машине. Она как-то не считала это нужным.

Вот так живут люди, для которых Царство Божие уже состоялось, для которых Царство уже среди нас, которые чувствуют Его, Царство Божие, пришедшее в силе. Вы знаете, конечно, это всегда трудно, очень трудно провожать умершего, несмотря на то, что ему 80, 90, 100, или 5, 3, или 20, или 40 лет. Это всегда событие  какое-то очень трудное, огромное. И, опять-таки, очень много открывающее нам. Какой это был удивительный, какой это был светлый и чистый день, пока мы  везли Ольга Сергеевна вот в те места, где она родилась, в районе Подсолнечной, или теперешнего Солнечногорска. Там же, где блоковское Шахматово, там же, где менделеевское Боблово, там было и соловьёвское Дедово, где родилась Ольга Сергеевна, где она прожила какие-то детские годы, куда она возвращалась иногда. Там её нам удалось похоронить.

Какой это был удивительный чистый день!  Когда больно, но когда эта боль прекрасна. Когда больно, но когда эта боль чиста. Когда больно, но когда эта боль наполняет нас жизнью и наполняет нас вот тем светом, который не только освещает все, но и изменяет все к лучшему. Потому что это свет от Бога, потому что это свет Царства. Это тот свет, который открыт нам Христом. Это то будущее, которое Он своей смертью и воскресением сделал уже пришедшим. Поэтому, дорогие братья и сестры, прошу вас, будьте внимательны к тому, что нас окружает. Будем прислушиваться к тому, что происходит вокруг нас, и вглядываться в лица тех, кто нас окружает. Иной раз самый незаметный внешне человек, самый тихий, самый маленький, самый скромный может оказаться носителем, носительницей этого света, этой правды, этой великой радости, которую даровал и дарует нам ежедневно Господь наш Иисус Христос.

Бог вас, благословит, дорогие братья и сестры. Сейчас, вместе совершая Таинство Евхаристии, будем молиться о том, чтобы свет этот был виден нами, нашими глазами.

Дорогие братья и сестры, кто-то из нас, конечно, не успел сегодня на исповеди сказать что-то очень важное, по-настоящему серьёзное, значимое в каком-то таком чисто духовном плане, значимое для нас. Потому что часто бывает, может, казалось бы, это что-то такое незначительное в житейском смысле, но разрушительно действует на нас. Или, наоборот, какое-то признание, оно, может быть, и не касается напрямую того, что происходит вокруг наших отношений с людьми и т. д. Но вот сегодня надо сделать, сегодня это необходимо, понимаете. Исповедь – это очень сложная, вообще, вещь. Вы знаете это по собственному опыту. И поэтому кто сегодня не успел что-то такое значимое сказать на исповеди, давайте скажем это сейчас молча Самому Господу нашему Иисусу Христу. И Он услышит, и простит, и вразумит, и даст нам для преодоления наших слабостей силы, которые мы получаем в таинстве покаяния. А я, недостойный иерей, властью Его, мне данной, прощаю и разрешаю вас от всех грехов ваших во имя Отца и Сна и Святого Духа. Аминь.

Братья и сестры, только хочу сказать, что, если есть кто-то, кто никогда не был на исповеди, – сегодня на ранней Обедне, когда я был на исповеди, было три или четыре человека, пришедших в первый раз. Так вот, если кто-то пришел первый раз и не успел сейчас, то подойдите к Богородичной иконе, и мы вас обязательно выслушаем и потом преподадим вам святые дары.

Бог вас благословит, укрепит, простит и вразумит.

 

(после Литургии)

с праздничным днём мы поздравляем вас, братья и сестры, всех и с сегодняшним воскресным днем, в особенности, именинниц с днем Ангела – всех, кто носит имя святых Веры, Надежды, Любови и Софии, и всех, кто праздновал вчера именины. Я имею в виду тех, кто носит имя святой Людмилы, и у кого именины завтра и послезавтра. Может быть, не удастся быть в храме Ариаднам и Иринам. Во всяком случае, всех поздравляем с днём Ангела, дорогие сестры. Да хранит, да благословит, да укрепит вас Господь!

Тех, у кого близкие сегодня именинниц, тоже поздравляю с днём Ангела. Вспоминаем мы наших именинниц, которые отошли ко Господу, которых нет сегодня зримо с нами. Это тоже их день Ангела. Как Вера Яковлевна сегодня именинница и многие другие, дорогие нам близкие люди, наши бабушки, наши матери, друзья наших родителей, всех как-то сейчас вспомним с вами, самых разных замечательных людей, которые носили имена этих святых. Давайте и о них тоже сейчас вспомним, потому что и о них мы сегодня молились во время Божественной Литургии.

Бог всех вас хранит! С праздником, дорогие друзья, дорогие  братья и сестры, с праздником! И вот как раз я смотрю, как много именинниц, как много именинниц из здесь присутствующих, из отсутствующих по разным причинам и как много именинниц из почивших. Как-то, действительно, понимаешь, до какой степени едина церковь, до какой степени едина церковь, до какой степени невозможно оторвать живых от усопших и т. д., что мы представляем во Христе единое целое, святые и праведники, и мы с вами, живые и почившие в разные эпохи, в разные века, тех, кого мы знали и любили, кого мы знали по рассказам, кого мы знаем из книг только, но все мы как-то составляем в молитве, в Боге, в таинстве Евхаристии, во Христе одно единое целое.

Бог вас благословит!