1984 г.
фото из
домашнего
архива
Георгий
Чистяков

Введение во храм Пресвятой Богородицы

Проповедь 3 декабря 2000 года.

С праздничным днём поздравляю вас, дорогие братья и сестры, дорогие друзья! Да хранит, да укрепит, да благословит вас Господь!

Напоминаю вам, что завтра двунадесятый праздник – Введение во храм Пресвятой Богородицы, поэтому сегодня вечером будет совершено Всенощное бдение, а завтра в 9 часов утра одна Божественная литургия. Этот праздник в декабре, по-моему, последний из двунадесятых. Но зато сегодня вечером во время этой Всенощной в первый раз зазвучат рождественские ирмоса: «Христос рождается, славите! Христос с небес, срящите! Христос на земли, возноситеся! Пойте Господеви, вся земля, и веселием воспойте, людие, яко прославися!»

И дальше: «Прежде век от Отца рожденному нетленно Сыну, и в последняя от Девы воплощённому безсеменно»… и т. д.

Эти гимны, эти песнопения, которые восходят к творениям святых отцов IV-го века и составлены, в общем, во времена Иоанна Дамаскина из цитат, в основном, из древних церковных писателей, из отцов, повторяю, IV-го века. Эти рождественские песнопения как бы погружают нас в первые века христианства и атмосферу ожидания праздника Рождества, в атмосферу высокого радостного рождественского поста.

В отличие от трудного, напряжённого, в отличие от такого наполненного самоиспытанием и пустыней Великого поста, Рождественский пост удивительно светел и радостен, он окрашен в тона этого искрящегося на солнце снега – белоснежный, радостный, временами трудный, но трудный совершенно особенной, вот этой сверкающей, сияющей, радостной трудностью.

Знаете, вот зимние дни, которые тоже бывают иногда своим морозом трудны, они как-то по-особому сияют. Вот так же сияют дни Рождественского поста. И эти песнопения, которые мы услышим сегодня вечером, они как-то об этом особенно хорошо говорят. И они нас сопровождают, в сущности, весь Рождественский пост. Больше месяца, понимаете, они, в качестве катавасий, сопровождают каждое Всенощное бдение. Это тоже о чём-то говорит, об особых тонах этого поста-ожидания, поста-встречи, поста радостной подготовки к празднику Рождества Христова. В этом смысле хотя бы два слова нужно сказать о сегодняшнем Евангелии. Этот богатый человек в своих внутренних размышлениях обращается к собственной душе. Его молитва – это разговор человека с собственной душой. Надо сказать, что сохранились такие тексты из разговоров с собственной душой – из древнеегипетской, из вавилонской литературы. Вероятно, это типично для древнего философа – разговаривать с собственной душой. Но Христос нам показывает бесперспективность этого диалога. Диалог наш внутренний должен идти не с самим собою, а с Богом. Тогда у него, действительно, есть вот это открытое небо, если вернуться в декабрьский солнечный день. И вот ведь никогда не бывает, как зимой в солнечный день, распахнуто небо. И когда мы обращаемся к Богу, когда наш внутренний диалог становится таким вот, как он описан в книге «Подражание Христу», когда он становится таким, как он описан у Майстера Экхарта или у Петрарки, вот тогда, когда это диалог с Богом, тогда навстречу нам распахнуто небо. Как прямо говорит в начале Евангелия от Иоанна Иисус: «Отныне увидите небо отверстое и ангелов Божиих, восходящих и нисходящих до Сына Человеческого».

Так вот, когда это диалог с собственной душой, он может быть очень глубоким, он может быть очень серьёзным, он может быть очень правильным даже, но он будет бесконечно печальным и заводящим в тупик. И сегодняшнее краткое евангельское чтение как-то удивительно хорошо и как-то глубоко говорит об этом, дорогие братья и сестры. И будем стараться в наших молитвах и в наших размышлениях, в нашем внутреннем диалоге, который порою тоже бывает очень трудным, очень печальным, напряжённым, потому что жизнь вообще трудная, и в жизни много испытаний, и в жизни много таких проблем, которые вообще не решить никак, ни на исповеди, ни в молитве, никаким другим способом. Но если эти проблемы мы будем выплёскивать в диалог с самим собою, мы в тупике. Если эти проблемы мы будем выводить в диалог с Богом, как это делали великие мистики первых веков христианства, святые отцы, Григорий Назианзин в своих стихах, как это делал потом Фома Кемпийский или Франческо Петрарка, как это делал Майстер Экхарт, то это будет совсем другое дело, это будет диалог с Богом, диалог, когда, действительно, отверзается небо и когда, несмотря на обстоятельства, несмотря на то, что порою бывает не просто плохо, а очень плохо , всё равно это будет диалог удивительной внутренней радостности, которую, по рассказам очевидцев, скажем, переживал Лев Платонович Карсавин в последние месяцы, недели и дни своей жизни в Заполярье. Старый, бесконечно больной, умирающий человек, прекрасно осознававший, что он умрёт здесь, на тюремных нарах, он переживает Встречу с Богом. И этой радостью, и этой радостностью своею так щедро делился с людьми, что все, кто был там с Карсавиным, сумели потом этой радостностью поделиться с сотнями людей. И мы живём радостностью праведников и, в том числе, радостностью этого замечательного мыслителя Л. П. Карсавина. Потому что церковь, она всегда состоит из свидетельства, из труда, из боли и из радостности наших праведников, которые предварили нас в опыте сердца.

Ну вот что мне хотелось сказать вам в заключение сегодняшней Обедни.

Бог да благословит и да хранит вас всех!