1984 г.
фото из
домашнего
архива
Георгий
Чистяков

Герои жили и до Агамемнона

Братья и сестры, дорогие, в эти пасхальные дни как-то особенно важно, как-то особенно благодатно, как-то особенно нужно поминать наших дорогих усопших, перебирать в памяти их имена, обращаться к опыту их жизни, иногда замечательным своей праведностью и чистотою, иногда замечательным тем, как они преодолевали свои слабости, иногда поучительными в жизни в том, как не сумели люди преодолеть своей слабости. Опыт каждого и каждой, он не пропадает, опыт житейский каждого и каждой, он чрезвычайно важен. Он так много даёт людям.

Я помню, как-то однажды, лет 20 с лишним назад, я даже сказал своим студентам в институте иностранных языков о том, как важно вспоминать своих бабушек и дедушек, прабабушек и вообще знать свою родословную, знать, кто они были, те люди, из семьи которых мы происходим. И один студент мне на это возразил и сказал, что это имеет смысл знать, когда в семье есть кто-то знаменитый, кто-то известный, кто-то чем-то прославиший себя. И привёл в пример какую-то наполовину скандальную историю из жизни кого-то из своих дедов, бабушек или прабабушек. И сказал: вот это имеет смысл помнить, а всё остальное, обычная жизнь, кому она интересна?

Но вот оказывается на самом деле не только жизнь выдающегося человека, но самая обычная жизнь может быть очень интересна, потому что она всё равно уникальна. И так бывает постоянно, что мы вспоминаем какого-то совсем простого человека, может быть, почти неграмотного, а оказывается, вот в нём была искра Божия. А во-вторых, действительно, неповторимость, уникальность и его слова, которые как-то через близких доходят до людей, его какие-то взгляды, его к жизни отношение, оно ведь тоже входит в сокровищницу человечества. Когда-то написал Гораций о том, что герои жили и до Агамемнона, о котором писал гениальный Гомер. Так вот то же самое касается и простых людей. Очень часто всякий на самом деле человек замечательный, известный и неизвестный, образованный и необразованный, он абсолютно уникален. Но не у каждого человека находится свой Толстой или свой Достоевский, который мог о нём рассказать. Вот только в силу этого как-то уходит в небытие то, что говорили, и то, что думали люди, как они жили. Не потому, что их жизнь была неинтересной, но вот потому, что для них не нашлось своего Гомера, как говорит Гораций.

Вот что мне хотелось сказать вам сегодня, братья и сестры, после этой панихиды, чтобы мы вспоминали людей вокруг себя, вспоминали наших родных, вспоминали наших близких, вспоминали наших родителей и дедов, наших друзей, иногда даже наших внуков, всех вспоминали в этой молитве. Это так доходно для Бога в эти чудные пасхальные дни. Бог вас всех благословит.