1984 г.
фото из
домашнего
архива
Георгий
Чистяков

На новогоднем молебне

 (Лк 4: 16-22)

 

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!

Вы слышали в сегодняшнем евангельском чтении о том, как читает Книгу пророка Исайи Сам Господь Иисус. Он говорит о том, что Бог послал Его  принести слепым прозрение. И действительно мы знаем с вами по собственному опыту, как открываются наши глаза, когда приходит в нашу жизнь вера во Иисуса, когда приходит в нашу жизнь вера в Евангелие, как всё вокруг нас становится новым. Но ведь не всегда было так, что евангельская истина просто доходила до людей. Не так давно мне пришлось встретить одну даму, музыканта, которая в разговоре, услышав имя одной из наших прихожанок, вдруг сказала, что когда-то, в начале 1970-х годов, когда она училась ещё в музыкальном училище, а эта наша прихожанка там преподавала, потом она стала профессором консерватории, тогда работала в музыкальном училище. И вот когда они проходили «Страсти по Матфею» Баха, она вдруг начала рассказывать своим ученикам Евангелие, как описаны у евангелиста Матфея последние дни жизни нашего Господа и Его проповеди и всё, что было в ту Страстную неделю в Иерусалиме. И говорит эта, тогда девушка, а теперь уже взрослый человек: мы совершенно ошалевшие, не произнося ни слова, не дыша почти, слушали её, потому что мы ничего этого не знали. И потом спросили, где можно прочесть. И, конечно, прочесть было нельзя нигде, но эта их преподавательница сказала, что они могут прийти к ней домой и почитать вместе с ней Библию вслух. Вот это был, действительно, очень мужественный и замечательный поступок. И вот так, знаете, правда никогда не остаётся скрытой. Так вот совершенно случайно, но я об этом узнал, потому что она сама бы, конечно, об этом никогда не рассказала. Да и, может быть, уже забыла об этом, но вот в такие мы жили времена.

И тут недавно где-то в Интернете какой-то молодой человек написал: когда я воцерковлялся, то было столько литературы, что в писаниях Меня у меня не было никакой нужды. И на это сказала тоже одна наша прихожанка, Маша Батова: а когда я воцерковлялась, у меня было только Евангелие, переписанное от руки, и машинописные книги: отца Александра – «Таинство, слово и образ» и митрополита Антония «Молитва и жизнь», причём это были пятый или шестой экземпляр, переписанные на машинке, уже совершенно слепые, по которым совершенно нельзя было прочитать, что же там сказано.

И вот, мне кажется, что это святые слова. Вот в таких условиях мы жили, и в таких условиях такие люди, как отец Александр Мень, а иногда и просто простые миряне, работавшие в разных местах, проповедовали Христа и несли слово Божие людям. И кто знает, насколько долго бы это продолжалось, если бы Бог не вразумил наших правителей изменить отношение к вере, изменить отношение к Богу, к религии, к верующим людям. Потому что, конечно, надо понять, что если бы не эти политические решения, сначала Горбачёва, а потом и Бориса Николаевича (Ельцина), то, конечно, и сегодня мы вот так же тоже проповедовали Христа, не имея возможности сказать об этом в полный голос и попадая за это кто в тюрьмы, кто вылетая с работы, кто лишаясь возможности вообще работать и т. д. Поэтому, конечно, не случайно говорит апостол Павел, что мы должны молиться за правителей, потому что от правителей очень многое зависит. И правитель, который даёт возможность людям верить в Бога открыто, конечно, честь и слава такому правителю. А правитель, который душит всё, что связано с религией, как Сталин, например, по приказу которого вмораживали в лёд священников заживо. Вот мы знаем о подвиге генерала Карбышева, а мало кто знает о том, как десятки священников так же умерли, превращённые в ледяные статуи сталинскими приспешниками. И вот это всё ушло в прошлое благодаря мудрым решениям тогдашней власти. А народ, на самом деле Борис Николаевич, за это заплатил ненавистью. И, конечно, это позор, конечно, это дико, конечно, это нелепо, потому что очень многое зависит от правителя. И мы должны об этом помнить. Поэтому и сейчас, наверное, наша задача заключается в том, чтобы молиться за тех, кто у власти для того, чтобы Бог вразумлял их и давал им в сердце благие мысли и мудрые, а не какие-то нелепые идеи. А мы с вами знаем, что сегодня, особенно местная власть в провинции, одержима какими-то нелепыми идеями. И эта власть закрывает молитвенные дома христиан, которые исповедуют Христа, но не как православные, а как протестанты христиан веры евангельской, закрывают молитвенные дома, разрушают, поджигают. Прямо говорят мэры городов: мы не дадим вам, чтобы вы здесь проповедовали. Хотя это христиане, на самом деле ничем не отличающиеся от нас, православных, так же верующих во Христа и живущих чистой жизнью. А другим священникам, которые иностранцы, не дают визы для того, чтобы они могли служить своей пастве. То есть на самом деле, может быть, до нас, православных людей, ещё не дошла эта новая антихристианская волна, но она есть на самом деле, особенно среди местной власти, среди чиновничества. И это надо понимать. Поэтому как-то особенно мы должны все вместе молиться за тех, кто нами правит, для того чтобы только добрые мысли приходили в их сердца. Для того чтобы не жили они дурными мыслями, потому что, находясь у власти, очень легко, действительно, начать мыслить злыми категориями, очень легко превратиться в Сталина. Да и сегодня мы знаем, что есть такие политики, которые уже готовы на это. Как один из них, который получил огромный процент на выборах, больше 10 %, говорит: я добьюсь того, чтобы суд в нашей стране не был независимым. И дальше кричит с пеной у рта: да никогда в нашей стране не будет независимого суда! Конечно, это безумно страшно. Конечно, я думаю, то мы, люди, должны сплотиться для того, чтобы ответить этим хулиганам, которые прорываются к власти, потому что их позиция – это позиция неосталинизма, и она, действительно, братья и сестры, очень страшна.

Вот кто-то написал в Интернете: когда я думаю о Сталине, мне хочется выглянуть в окно и видеть голубое небо; я ничего не хочу об этом слышать. Это позиция страуса, который закрывает, прячет голову под крыло и думает, что всё прекрасно. Да нет, братья и сестры, в мире существует зло, и этому злу надо давать отпор, этому злу надо говорить – нет. Потому что очень легко оказаться в клетке, иначе очень легко оказаться в тюряге, иначе очень легко можно со всем тем, что вот за эти 15 лет нам дано от Бога, с этим очень легко можно расстаться. Вот это надо иметь в виду. И поэтому, конечно, все мы должны быть ближе друг к другу и должны поддерживать друг друга и держаться друг за друга. И наша приходская семья, очень важно, чтобы мы были ближе друг ко другу, чтобы понимали нужды друг друга и как-то друг на друга опирались. Чтобы наша приходская семья была такой же крепкой, как была при отце Александре новодеревенская семья, когда все друг друга держались и знали, что никто не предаст. Ведь как интересно, когда убили отца Александра и вызывали  на допросы людей и спрашивали, а кого вы знаете в приходе, то все говорили, либо никого не знаем, либо называли умерших, тех, кто умер, того называли, но чтобы никого не предать. И так все как один. Не нашёлся никто, кто бы предал других, потому что в те времена было совершенно неясно, что это за люди, которые нас допрашивали, потому что их цель была доказать, что отец Александр занимался враждебной деятельностью, был врагом. Но какие-то такие народные мстители, мальчиши-кибальчиши, его убили, потому что им было нестерпимо, что вот он враг, быть может, шпион, агент Запада и т. д., растлевает сердца людей. Но никто не пошёл на эти провокации. И вот очень бы хотелось, чтобы и наш Космодемьянский приход был таким же, как новодеревенская семья, чтобы мы друг другу абсолютно доверяли, чтобы мы чувствовали, что мы все до единого абсолютно надёжные люди, потому что нас Христос соединил в одну семью, потому что мы причащаемся Святых Христовых Тайн, потому что в конце концов, ко Христу привёл нас почти всех, за редким исключением, такой удивительный, такой прекрасный, такой необыкновенный человек, как отец Александр. Я знал много замечательных людей, прекрасных, удивительных людей, но почти никого, кто был бы как отец Александр. И вот это настоящий, действительно, святой, настоящий, действительно, праведник, человек абсолютно открытый и абсолютно бесстрашный, который в такие времена, когда сажали в тюрьму за слово о Боге, абсолютно открыто проповедовал, изготавливал книги, которые распространялись в машинописных копиях по Москве, Подмосковье и в другие города попадали. Но, правда, надо сказать, что не один отец Александр, потому что это было абсолютно запрещено, но, используя на работе ксерокс, наш отец Александр Борисов, рискуя попасть в тюрьму, изготавливал молитвословы, по которым потом десятки, сотни людей молились. Я думаю, кто-то знает это, а кто-то не знает. Наверное, надо об этом сказать. И вот, благодаря тому, что был отец Александр, были вокруг него такие люди, как отец Александр Борисов, как Евгений Борисович Рашковский, как Владимир Ильич Илюшенко, как Алик Зорин, вот благодаря тому, что было это новодеревенское братство, сегодня существует наш приход. Сегодня столько людей пришло к Богу благодаря трудам отца Александра уже после его смерти. Ведь это тоже удивительно. И не знаю, всегда, когда мы встречаем Новый год, я всегда больше думаю о том, какие же мы счастливые, что жили во времена отца Александра, что могли пользоваться его советами и его любовью жили. И как же нам трудно, что эти изверги, эти люди, которых людьми-то не назовёшь, отняли его у нас как раз в тот самый момент, когда он мог столько сделать, когда открылись экраны телевизионные, газеты, когда всё было для того, что на всю страну заговорил бы этот великий человек о Боге. И вот тогда его убили. И тоже об этом нестерпимо на самом деле думать, безумно больно об этом думать. А с другой стороны, когда становишься перед престолом и начинаешь молиться, вместе с вами совершая Божественную Литургию, вдруг понимаешь, что отец Александр тут, что вместе с нами, что только по ошибке я стою перед престолом, а должен бы сбоку стоять, потому что перед престолом он стоит, наш дорогой, бесконечно дорогой отец Александр, который вот сделал нас христианами, который столько нам дал, который так умел людям открывать истину Евангелия, так умел из людей растоптанных, из людей потерянных делать распрямившихся, делать людьми счастливыми, делать людей по-настоящему верующими, светлыми, окрылёнными. Вот это всё был отец Александр! Поэтому в этот новогодний вечер будем благодарить Бога за то, что Он дал нам отца Александра Меня, и за то, что после трагической его смерти Господь нас не оставил и помог нам объединиться и получить этот храм, в котором мы трудимся вместе с нашим дорогим настоятелем, который, чем больше здесь служит, чем старше становится нам всем, всё дороже и дороже. И вы знаете, я никогда не говорю каких-то слов в качестве восхваления, но просто в этот новогодний вечер не могу не сказать о том, вот уже я просто от себя, какая для меня это действительно большая радость, что я служу с отцом Александром Борисовым, что мой настоятель – это он, а не кто-то другой, и что прихожане наши – это вы, дорогие братья и сестры. Это для нас огромная, действительно, настоящая радость. Это то, что даёт возможность преодолевать болезни, преодолевать все эти прединфарктные состояния и т. д. И снова трудиться, и снова быть здесь, и снова быть вместе со всеми вами, и снова вместе с вами идти ко Христу, Который есть Путь, Истина и Жизнь.