1984 г.
фото из
домашнего
архива
Георгий
Чистяков

Укреплять духовную жизнь

(Литургия, Ин 5: 1–15)

Поздравляю вас, дорогие братья и сестры, с праздничным воскресным днем. Да хранит, да благословит, да укрепит вас Господь!

Начинается лето, начинается время отпусков, время дачи и т. д., и поэтому всё меньше и меньше народу будет иметь возможность приходить в воскресные дни на богослужения. Потому что надо будет детей, внуков, родителей вывозить на дачу и опекать их там. И самим, в общем, необходимо на какое-то время уехать за город из этого города, пропитанного автомобильными выхлопами и другими ядами. Всё это абсолютно необходимо. Но вот опыт показывает, что когда осенью люди возвращаются в Москву, многие начинают говорить: я совершенно за время лета отпала от Бога или отпал от Бога. И это мне кажется чудовищной нелепостью, бессмысленностью и каким-то совершенным кощунством. Потому что, конечно, легче, несравненно легче жить с церковью в соседнем дворе, когда можно перейти через улицу, где рядом находится церковь. Но когда церковь бывает далёко, ведь вот в советские времена ближайшая приходская церковь была км за 500, и многие люди попадали в церковь раз в несколько лет, потому что надо было либо целый день ехать на поезде или сутки в Сибири, либо на самолёте лететь. У меня была одна знакомая старушка в Сибири, которая весь год копила деньги какие-то, чтобы на самолёте на Пасху лететь в церковь. Чаще у неё не было возможности летать или ездить, потому что очень далеко, тысячи километров. Так вот, понимаете, это же не значит, что она отпадала от Бога. Она жила с Богом и жила в Боге. Она не расставалась с Евангелием, она молилась, она саму свою жизнь превратила в нескончаемую, непрекращающуюся Литургию, в непрекращающееся богослужение, благодарение за то, что она участвовала в пасхальной службе, и затем в подготовку к следующей службе.

И вот мне кажется, что это очень важно, потому что мы как-то привыкли к тому, что нам оказываются какие-то услуги. И вот в церкви нам тоже оказываются духовные услуги. А ведь на самом деле, когда далёко, даже митрополит Антоний такой цикл бесед по радио на Би-би-си провёл в своё время – «Когда храм далёко», когда ты живёшь далёко от храма, что тогда бывает. Тогда оказывается, что не прерывается духовная жизнь. Она может быть не менее богатой, не менее интенсивной, не менее глубокой. Ведь для этого, в конце концов, и существует Евангелие, понимаете. В прежние, советские, времена трудно было достать Священное Писание. У тех, у кого с дореволюционных времён осталось, или кому удалось получить из каких-то  иностранных подарков Священное Писание, так сказать, противозаконным образом, за что в тюрьму сажали, – имели Евангелие. Действительно, были сотни, тысячи верующих, у которых не было ни Евангелия, ни молитвослова, потому что неоткуда было достать. Потому что те небольшие тиражи, которые разрешали Московской патриархии, а власть разрешала чудовищно маленькие тиражи именно для того, чтобы не было у верующих людей Писания. И более того, даже когда издавались книги, то они старались, как только они поступали в продажу в какую-нибудь церковь, раскупили работники райкомов и других партийных организаций. У них у всех, у партийных, всегда была Библия (смех). Один из признаков партийного работника, и он показывал: вот у меня есть Библия. А у верующих людей не было, потому что было невозможно достать. Но теперь-то есть Св. Писание у нас в любом издании – маленькое, большое, очень маленькое, очень большое, по-русски, по-славянски, на других языках. Есть замечательные книги, по которым можно молиться. Даже время, когда мы уезжаем далёко от нашей церкви или когда мы попадаем в сельскую местность, где 20 километров не бывает церкви, хотя сейчас в Подмосковье везде церкви имеются. В других областях далеко не везде, просто нет материальной возможности построить храм или восстановить, священнику хотя бы самую мизерную зарплату назначить. Вот приезжают батюшки из других областей, какая-то назначается приходом священнику чудовищно маленькая зарплата, потому что совсем нет у людей никаких денег. Ну, далеко храм, но это не значит, что на этом кончается духовная жизнь. Вот это очень важно понять, что в древности ведь они специально в пустыню уходили для того, чтобы наиболее интенсивную встречу с Богом в пустыни пережить. А эта наша дачная «пустыня», она совсем не такая трудная, как была пустыня египетская. И на самом деле это летнее время очень много может для духовного развития. Поэтому не отрывайтесь от Бога, когда вы уезжаете далёко от своего прихода. Ни в коем случае не отрывайтесь и не думайте, что это, так сказать, повод или причина – отрываться от Бога. Совсем нет! Наоборот, можно прожить всё лето с благодарением за последнюю Литургию, в которой участвовал, и готовясь к той, следующей, в которой мы будем участвовать. Мне кажется, это очень важно, чтобы вся наша духовная жизнь была интенсивной, чтобы всегда мы жили в благодарении Богу и с чувством Бога и  ощущая Божие присутствие вокруг нас. Ну, а тем более, когда вокруг деревья, когда небо, птицы поют, как-то Божие присутствие ощущается особенно ярко. Как помните святых, которые среди лесов, слушая птиц, молились и ощущали так Божие присутствие, как нам бы ощутить в самые лучшие, самые прекрасные мгновения нашей жизни.

И вот, мне кажется, что сейчас это самый важный вопрос – действительно духовная жизнь, не посещение храма. Вот как-то все научились приходить в храм по воскресным дням. Вот за эти 10 лет, действительно, у очень многих появилась такая устойчивая привычка – приходить в храм в воскресный день. Но ведь это еще далеко не всё. А вот та духовная жизнь, которая ни на мгновение не прерывается, та связь с Богом, та жизнь в измерении встречи с Богом, которая действительно нас делает богатыми людьми, которая действительно окрыляет нас, ведь это каждый день, каждое мгновение, где бы мы ни находились. «На всяком месте владычествия Твоего. Благослови, душе моя, Господа». Не забывайте никогда эти слова: «На всяком месте владычествия Твоего, благослови, душе моя, Господа». Поэтому давайте с этой пасхальной радостью, которая сейчас так изобильно изливается на нас, с этой пасхальной радостью проживём лето. И будем как-то всегда учиться у тех, кто были прежде нас, кто предварили нас опытом веры. Потому что, вот как говорится в Послании к евреям, потому что это, действительно, бесценное сокровище – вот опыт тех, кто жил прежде нас, кто жил совсем в других, не в таких легких на самом деле, как теперь, условиях, когда храмы есть везде, когда с работы не выгонят за то, что люди ходят в церковь. А ведь это, в общем, в Москве – большой, многолюдный город – 44 церкви было всего. Всё-таки можно было быть как-то не очень заметным в церкви. А в других городах учительница, или врач, или рабочий в горячем цеху, которого не отставишь, так сказать, от доменной печи, потому что нету охотников занять его место. А когда кто-нибудь из людей интеллигентных профессий?! Верующий рабочий, он ещё был несколько защищён тем, что в любой момент мог сказать: а я всё равно гегемон и т. д. А вот верующий человек интеллигентной профессии в любом городе был абсолютно не защищён. И бывало так, что человек раз приходил в церковь, и его за это выгоняли с работы. У нас было всё-таки не совсем так. Мы были в лучших условиях. С нас стружку снимали, нас ругали, тех, кто партийцы. Я вот всегда вспоминал моего большого друга, покойного, Юлия Анатольевича Шрейдера, который по каким-то причинам, по молодости лет, вступил в партию. Так, его за веру в Бога выгнали из партии, чему он, в сущности, был очень рад. По глупости, он говорил, вступил, но вот благодаря Богу меня выгнали. Уйти самостоятельно было невозможно, это было исключение – просто так уйти, а выгнали. Но всё-таки в Москве много работы, какая-то работа у людей всегда оставалась. А вот в провинции без всяких таких видимых гонений, никого на дыбу не поднимали, никого в озеро Севастийское не бросали, как в первые века, но люди жили не в менее тяжелых условиях. Потому что человек один раз приходит в церковь, и его выгоняют с работы с волчьим билетом. И люди пронесли веру через это, через эти условия пронесли чистую свою веру во Христа, своё православие. У них вот, конечно, нам надо учиться. Это потрясающий и драгоценный опыт веры в ХХ веке на Руси. А мы можем только благодарить Бога, что у нас такие замечательные сейчас условия. И более того, помнить, что эти замечательные условия – всегда искушение, потому что это всегда связано с легкими путями, когда условия такие тепличные, как сейчас. Всегда легкие пути оказываются предпочтительнее по нашей слабости.

 

Поэтому наша задача – укреплять духовную жизнь, чтобы она была интенсивной, чтобы мы, действительно, жили горением сердца. Как, помните, говорят апостолы, возвращаясь из Эммауса в Иерусалим, когда Воскресший шёл с ними и толковал Писание: «Не горело ли в нас сердце наше, когда Он шёл с нами по дороге?»

И вот как важно, чтобы наше сердце горело любовью к Богу, чтобы наше сердце горело Евангелием, чтобы эти слова, с которыми обращается к нам Спаситель: «Огонь пришёл Я свести на землю и как бы хотел, чтобы он уже разгорелся», чтобы этот огонь в наших сердцах горел, не переставая, вне зависимости от того, где мы находимся, что мы делаем, вне зависимости от того, в церкви мы, на работе, дома, на улице, в  транспорте, в очереди и ещё где-то. Вне зависимости от того, сейчас пост или Пасха, или какое-то другое время. Всегда, любое время для нас – это время великого праздника. Не случайно же Серафим Саровский всегда, встречая людей на пороге своей кельи или в своем монастыре, говорил «Христос воскресе!», вне зависимости от того, Пасха это была или совсем другое время года, потому что мы живём во времена Воскресшего. Вот об этом как-то надо никогда не забывать.

Бог вас благословит! Христос воскресе!